Всё очень просто, хотя на деле может казаться, что написание становится каким-то странным.

Деэтимологизация — это процесс, когда приставка или суффикс намертво срастаются с корнем. В результате слово становится единым, а его историческое родство с другими словами полностью стирается из памяти носителей языка.
С течением веков предметы меняют свою форму или назначение, а грамматические стыки внутри слова исчезают. Мозг перестает раскладывать слово на составные элементы и начинает воспринимать его как единый неделимый корень.

Сегодня шарлатаном называют обманщика, который выдаёт себя за специалиста: врача, учёного, эксперта или кого угодно ещё.
А началось всё в Италии.
Слово пришло в русский язык через французское charlatan, а ещё раньше — из итальянского ciarlatano. Оно связано с глаголом ciarlare — «болтать», «пустословить».

Когда-то русская интернет-речь заимствовала из английского отдельные слова. Сегодня она заимствует ещё и аббревиатуры — причём часто без перевода.
Некоторые из них уже настолько привычны, что многие используют их даже в русскоязычной переписке...

Здесь работает правило причастий и отглагольных прилагательных, которое вы можете почитать выше, но с интересным историческим подтекстом.
Суженый (существительное) — это тот самый «обещанный» жених. Пишется с одной Н.
Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный.
Суженный (причастие) — это то, что стало узким. Образовано от глагола совершенного вида сузить (что сделать?). Пишется с двумя Н.
суженный зрачок, суженная юбка, суженное пространство.

Чтобы понять, сколько букв Н писать, нужно устроить допрос глаголу, от которого произошло слово. Всё держится на двух «китах»: виде глагола и наличии приставок.

С точки зрения логики — это абсурд. С точки зрения русского языка — обычный вечер на кухне. Почему частица «не» здесь внезапно перестает работать?

Все дело в том, на чем мы фокусируемся:

— «Чайник долго закипает» — мы фиксируем процесс. Он идет, но слишком медленно. Мы смотрим на само действие.
— «Чайник долго не закипает» — мы ждем результата. Нам нужен свисток или выключение, но этот момент всё никак не наступит.

В лингвистике это называют «избыточным отрицанием».

Если вы думаете, что разница между Москвой и Петербургом заканчивается на архитектуре, попробуйте купить «шаурму» на Невском или зайти в «парадную» на Тверской. Это классика, которая уже давно стала маркером «свой — чужой».

Язык — та ещё территория парадоксов. Бывает, слово веками носит одну маску, а потом внезапно решает, что теперь оно означает нечто противоположное. В лингвистике это называют энантиосемией. Разберем два примера.

В современном русском личные местоимения 3-го лица (его, её, их) — несклоняемые. Это принципиально. Они не имеют форм рода и числа в притяжательном значении и не образуют прилагательных. Поэтому норма выглядит так: его дом, её книга, их выбор — и на этом всё.

Главная роль скобок — изолировать побочную информацию, которая не входит в грамматический каркас предложения. То, что в скобках, можно мысленно убрать — и основное высказывание не разрушится:
Он вернулся вечером (гораздо позже, чем обещал). Без скобок предложение остаётся цельным и понятным.

Если автора спросить, какую часть речи он не любит больше всего, то он скажет, что это наречие. Уж простите, но слишком товарищи душные даже для душного филолога. Но народ требует их разбор, поэтому придётся разбираться.

Форумы и соцсети пестрят неправильным употреблением этого слова. Используют его все, только жаль, что 70% совершенно не понимают, как же все-таки правильно!
Итак, в русском языке слова «вообщем» нет! Для понимания остальных версий, нужно прочитать значения слов, чтобы раз и навсегда разграничить их в своем понимании.